Контакты | О сайте
- нажмите, чтобы увидеть подраздел

Сказка Г.Х.Андерсена "Аисты"

Г.Х.Андерсен. Сказка «Аисты» на английском языке. The Storks.

On the roof of the last house in a little village was a stork's nest. The mother stork sat in it with her four young ones, who stuck out their heads with their little black beaks. (You see, their beaks had not yet turned red as they would in time.) And a little way off, all alone on the ridge of the roof, stood Father Stork, very upright and stiff. He was really a sentry on guard but, so that he would not be entirely idle, he had drawn up one leg. My, how grand he looked, standing there on one leg! So still you might have thought he was carved from wood!

"It must look pretty fine for my wife to have a sentry standing by her nest!" he thought. "People don't know I'm her husband; they'll think I'm a servant, ordered to stand here on guard. It looks very smart, I must say."

So he went on, standing on one leg.

A crowd of children were playing down in the street, and, as soon as they saw the storks, one of the boldest boys, followed by the others, began to sing the old song about storks. They sang it just as their leader remembered it:

"Stork, stork, long-legged stork,

Off to your wife you'd better fly.

She's waiting for you in the nest,

Rocking four young ones to rest.

"The first he will be hanged,

The second will be stabbed,

The third he will be burned,

And the fourth will be slapped!"

"Just listen to what they are saying!" cried the little stork children. "They say we're going to be hanged and burned!"

"Don't pay any attention to that," replied the mother stork crossly. "Don't listen to them, and then it won't make any difference."

But the boys went on singing and pointing mockingly at the storks with their fingers. Only one boy, whose name was Peter, said it was a shame to make fun of the birds, and he wouldn't join the others.

The mother stork tried to comfort her children. "Don't let that bother you at all," she said. "Look how quietly your father is standing, and only on one leg, too!"

"But we're very much frightened!" insisted the young storks, and they drew their heads far back into the nest.

Next day, when the children came out to play and saw the storks, they began their song again:


"The first he will be hanged,

The second will be burned!"

"Are we really going to be hanged and burned?" asked the young storks.

"No, certainly not", replied their mother. "You're going to learn to fly! I'll teach you. Then we'll fly out over the meadows and visit the frogs; they'll bow down to us in the water and sing, 'Co-ax! Co-ax!' and then we'll eat them up. That'll be a lot of fun!"

"And then what?" asked the young storks.

"Then the storks from all over the country will assemble for the autumn maneuvers," their mother continued. "And it is of great importance that you know how to fly well then, for if you can't, the general will stab you dead with his beak; so when I start to teach you, pay attention and learn well."

"Oh, then we'll be stabbed, just the way the boys say! And listen, there they go, saying it again!"

"Never mind them; pay attention to me," said Mother Stork. "After the big maneuvers, we'll fly away to the warm countries, oh, so far away from here, over mountains and forests. We'll get to Egypt, where they have four-cornered houses of stone that come up to a point higher than the clouds. They call them pyramids, and they're even older than a stork could imagine. They have a river there too, that runs out of its banks, and turns the whole land to mud! We walk about in that mud, eating frogs."

"Oh!" cried the young storks.

"Yes, indeed. It's wonderful there. You don't do anything but eat all day long. And while we're so comfortable there, back here there isn't a green leaf left on the trees, and it's so cold that the clouds freeze to pieces and fall down in little white rags."

She meant snow of course, but she didn't know any other way to explain it to the young ones.

"And do the naughty boys freeze to pieces, too?" asked the young storks.

"No, they don't quite do that," their mother replied. "But they come pretty close to it, and have to sit moping in a dark room. But we, on the other hand, fly about in foreign lands, among the flowers and in the warm sunshine."

Some time passed, and the young storks grew large enough so that they could stand up in the nest and look at the wide world around them. Every day Father Stork brought them beautiful frogs and delicious little snakes and all sorts of dainties that storks like. And how they laughed when he did tricks to amuse them! He would lay his head entirely back on his tail, and clap his beak as if it were a rattle. And then he would tell them stories, all about the marshes that they would see some day.

At last one day Mother Stork led them all out onto the ridge of the roof.

"Now", she said, "it's time for you to learn to fly." Oh, how they wobbled and how they tottered, trying to balance themselves with their wings, and nearly falling off the roof!

"Watch me now," their mother called. "Hold your head like this! Move your legs like that! One, two! One, two! That'll help you get somewhere in the world!"

Then she flew a little way from the roof, and the young ones made a clumsy attempt to follow. Bumps! There they lay, for their bodies were still too heavy.

"I don't want to fly," complained the youngest one, creeping back into the nest. "I don't care about going to the warm countries at all!"

"Oh, so you want to freeze to death here, when the winter comes, do you?" demanded his mother. "You want the boys to come and hang you and beat you and burn you, do you? All right, I'll call them!"

"Oh, no! Don't do that!" cried the little stork, and hopped out on the ridge again with the others.

By the third day they could fly a little, and so they thought they could soar and hover in the air without moving their wings, but-when they tried it - bumps!-down they fell! They soon found they had to move their wings to keep up in the air.

That same day the boys came back and began their song again:


"Stork, stork, long-legged stork!"

"Shall we fly down and pick their eyes out?" asked the young storks eagerly.

"Certainly not," replied their mother promptly. "Let them alone. Pay attention to me. That's much more important. One, two, three! Now we fly around to the right. One, two, three! Now to the left around the chimney. That was very good. That last flap of the wings was so perfect that you can fly with me tomorrow to the marshes. Several very nice stork families go there with their young ones, and I want to show them that mine are much the nicest. Don't forget to strut about; that looks very well and makes you seem important."

"But can't we take revenge on those rude boys first?" asked the young storks.

"Oh, let them scream as much as they like," replied their mother. "You'll fly with the clouds, and way off to the land of the pyramids while they'll be freezing. There won't be a green leaf or a sweet apple here then."

"But we will have our revenge!" the young storks whispered to each other, and went on practicing their flying.

Now, among the boys down there in the street, the worst of all was the boy who had begun the teasing song. He was a very little boy, hardly more than six years old, but the young storks thought he was at least a hundred, for he was much bigger than Mother and Father Stork, and how could they know how old children and grownups can be?

The young storks made up their minds to take revenge upon this boy, because he was the first to start the song, and he always kept on. As they grew bigger, they were determined to do something about it. At last, to keep them quiet, their mother had to promise them that they would be revenged, but they were not to learn about it until the day before they left the country.

"First, we'll have to see how you behave at the big maneuvers," she warned them. "If you don't do well, so that the general has to stab you with his beak, the boys will be right, at least in that way. We'll see."

"Yes, you'll see," replied the young ones, and my! how they worked! They practiced every day, until they could fly so neatly and lightly that it was a pleasure to watch them.

At last the autumn came on, and all the storks began to assemble before flying away to the warm countries to get away from the winter up here. What a review that was! All of the young storks had to fly over forests and villages to show how well they had learned, for they had a very long journey before them. And the young storks did so well that their report cards were marked, "Remarkably well, with frogs and snakes!" That was the highest mark, and meant that they could eat frogs and snakes as a prize. And that is what they did!

"Now we will have our revenge!" they cried to their mother.

"Yes," their mother agreed. "What I have thought of will be just the right thing to do. I know the pond where all the little human babies lie until the storks come to take them to their parents. The pretty little babies lie in that pond, dreaming more sweetly than they ever dream afterwards. All parents want a little baby, and every child wants a little sister or brother. Now, we'll go to that pond and bring a little baby sister or brother for each of the children who didn't sing that wicked song or make fun of us. But those that did won't get any."

"But that naughty, ugly boy who began the song?" demanded the young storks. "What shall we do with him?"

"In that pond," said his mother slowly, "there is a little baby that has dreamed itself to death; we'll bring that to him. And then he'll cry because we've brought him a little dead brother. But don't forget that good little boy who said it was a shame to make fun of us! We'll take him both a brother and a sister! And since his name is Peter, you shall all be called Peter, too!"

It was done just the way she said. And all the young storks were named Peter, and all storks are called Peter to this very day.

Сказка Г.Х.Андерсена АистыАисты.

На крыше самого крайнего домика в одном маленьком городке приютилось гнездо аиста. В нем сидела мамаша с четырьмя птенцами, которые высовывали из гнезда свои маленькие черные клювы, — они у них еще не успели покраснеть. Неподалеку от гнезда, на самом коньке крыши, стоял, вытянувшись в струнку и поджав под себя одну ногу, сам папаша; ногу он поджимал, чтобы не стоять на часах без дела. Можно было подумать, что он вырезан из дерева, до того он был неподвижен.

— Вот важно, так важно! — думал он. — У гнезда моей жены стоит часовой! Кто же знает, что я ее муж? Могут подумать, что я наряжен сюда в караул. То-то важно!" И он продолжал стоять на одной ноге.

На улице играли ребятишки; увидав аиста, самый озорной из мальчуганов затянул, как умел и помнил, старинную песенку об аистах; за ним подхватили все остальные:

Аист, аист белый,

Что стоишь день целый,

Словно часовой,
На ноге одной?
Или деток хочешь
Уберечь своих?
Попусту хлопочешь, —
Мы изловим их!
Одного повесим
В пруд швырнем другого,
Третьего заколем,
Младшего ж живого
На костер мы бросим
И тебя не спросим!

— Послушай-ка что поют мальчики! — сказали птенцы. — Они говорят, что нас повесят и утопят!

— Не нужно обращать на них внимания! — сказала им мать. — Только не слушайте, ничего и не будет!

Но мальчуганы не унимались, пели и дразнили аистов; только один из мальчиков, по имени Петер, не захотел пристать к товарищам, говоря, что грешно дразнить животных. А мать утешала птенцов.

— Не обращайте внимания! — говорила она. — Смотрите, как спокойно стоит ваш отец, и это на одной-то ноге!

— А нам страшно! — сказали птенцы и глубоко-глубоко запрятали головки в гнездо.

На другой день ребятишки опять высыпали на улицу, увидали аистов и опять запели:

Одного повесим,

В пруд швырнем другого...

— Так нас повесят и утопят? — опять спросили птенцы.

— Да нет же, нет! — отвечала мать. — А вот скоро мы начнем ученье! Вам нужно выучиться летать! Когда же выучитесь, мы отправимся с вами на луг в гости к лягушкам. Они будут приседать перед нами в воде и петь: "ква-ква-ква!" А мы съедим их — вот будет веселье!

— А потом? — спросили птенцы.

— Потом все мы, аисты, соберемся на осенние маневры. Вот уж тогда надо уметь летать как следует! Это очень важно! Того, кто будет летать плохо, генерал проколет своим острым клювом! Так вот, старайтесь изо всех сил, когда ученье начнется!

— Так нас все-таки заколют, как сказали мальчики! Слушай-ка, они опять поют!

— Слушайте меня, а не их! — сказала мать. — После маневров мы улетим отсюда далеко-далеко, за высокие горы, за темные леса, в теплые края, в Египет! Там есть треугольные каменные дома; верхушки их упираются в самые облака, а зовут их пирамидами. Они построены давным-давно, так давно, что ни один аист и представить себе не может! Там есть тоже река, которая разливается, и тогда весь берег покрывается илом! Ходишь себе по илу и кушаешь лягушек!

— О! — сказали птенцы.

— Да! Вот прелесть! Там день-деньской только и делаешь, что ешь. А вот в то время как нам там будет так хорошо, здесь на деревьях не останется ни единого листика, наступит такой холод, что облака застынут кусками и будут падать на землю белыми крошками!

Она хотела рассказать им про снег, да не умела объяснить хорошенько.

— А эти нехорошие мальчики тоже застынут кусками? — спросили птенцы.

— Нет, кусками они не застынут, но померзнуть им придется. Будут сидеть и скучать в темной комнате и носу не посмеют высунуть на улицу! А вы-то будете летать в чужих краях, где цветут цветы и ярко светит теплое солнышко.

Прошло немного времени, птенцы подросли, могли уже вставать в гнезде и озираться кругом. Папаша-аист каждый день приносил им славных лягушек, маленьких ужей и всякие другие лакомства, какие только мог достать. А как потешал он птенцов разными забавными штуками! Доставал головою свой хвост, щелкал клювом, точно у него в горле сидела трещотка, и рассказывал им разные болотные истории.

— Ну, пора теперь и за ученье приняться! — сказала им в один прекрасный день мать, и всем четверым птенцам пришлось вылезть из гнезда на крышу. Батюшки мои, как они шатались, балансировали крыльями и все-таки чуть-чуть не свалились!

— Смотрите на меня! — сказала мать. — Голову вот так, ноги так! Раз-два! Раз-два! Вот что поможет вам пробить себе дорогу в жизни! — и она сделала несколько взмахов крыльями. Птенцы неуклюже подпрыгнули и — бац! — все так и растянулись! Они были еще тяжелы на подъем.

— Я не хочу учиться! — сказал один птенец и вскарабкался назад в гнездо. — Я вовсе не хочу лететь в теплые края!

— Так ты хочешь замерзнуть тут зимой? Хочешь, чтобы мальчишки пришли и повесили, утопили или сожгли тебя? Постой, я сейчас позову их!

— Ай, нет, нет! — сказал птенец и опять выпрыгнул на крышу.

На третий день они уже кое-как летали и вообразили, что могут также держаться в воздухе на распластанных крыльях. "Незачем все время ими махать, — говорили они. — Можно и отдохнуть". Так и сделали, но... сейчас же шлепнулись на крышу. Пришлось опять работать крыльями.

В это время на улице собрались мальчики и запели:

Аист, аист белый!

— А что, слетим да выклюем им глаза? — спросили птенцы.

— Нет, не надо! — сказала мать. — Слушайте лучше меня, это куда важнее! Раз-два-три! Теперь полетим направо; раз-два-три! Теперь налево, вокруг трубы! Отлично! Последний взмах крыльями удался так чудесно, что я позволю вам завтра отправиться со мной на болото. Там соберется много других милых семейств с детьми, — вот и покажите себя! Я хочу, чтобы вы были самыми миленькими из всех. Держите головы повыше, так гораздо красивее и внушительнее!

— Но неужели мы так и не отомстим этим нехорошим мальчикам? — спросили птенцы.

— Пусть они себе кричат что хотят! Вы-то полетите к облакам, увидите страну пирамид, а они будут мерзнуть здесь зимой, не увидят ни единого зеленого листика, ни сладкого яблочка!

— А мы все-таки отомстим! — шепнули птенцы друг другу и продолжали ученье.

Задорнее всех из ребятишек был самый маленький, тот, что первый затянул песенку об аистах. Ему было не больше шести лет, хотя птенцы-то и думали, что ему лет сто, — он был ведь куда больше их отца с матерью, а что же знали птенцы о годах детей и взрослых людей! И вот вся месть птенцов должна была обрушиться на этого мальчика, который был зачинщиком и самым неугомонным из насмешников. Птенцы были на него ужасно сердиты и чем больше подрастали, тем меньше хотели сносить от него обиды. В конце концов матери пришлось обещать им как-нибудь отомстить мальчугану, но не раньше, как перед самым отлетом их в теплые края.

— Посмотрим сначала, как вы будете вести себя на больших маневрах! Если дело пойдет плохо и генерал проколет вам грудь своим клювом, мальчики ведь будут правы. Вот увидим!

— Увидишь! — сказали птенцы и усердно принялись за упражнения. С каждым днем дело шло все лучше, и наконец они стали летать так легко и красиво, что просто любо!

Настала осень; аисты начали приготовляться к отлету на зиму в теплые края. Вот так маневры пошли! Аисты летали взад и вперед над лесами и озерами: им надо было испытать себя — предстояло ведь огромное путешествие! Наши птенцы отличились и получили на испытании не по нулю с хвостом, а по двенадцати с Лягушкой и ужом! Лучше этого балла для них и быть не могло: лягушек и ужей можно ведь было съесть, что они и сделали.

— Теперь будем мстить! — сказали они.

— Хорошо! — сказала мать. — Вот что я придумала — это будет лучше всего. Я знаю, где тот пруд, в котором сидят маленькие дети до тех пор, пока аист не возьмет их и не отнесет к папе с мамой. Прелестные крошечные детки спят и видят чудные сны, каких никогда уже не будут видеть после. Всем родителям очень хочется иметь такого малютку, а всем детям — крошечного братца или сестрицу. Полетим к пруду, возьмем оттуда малюток и отнесем к тем детям, которые не дразнили аистов; нехорошие же насмешники не получат ничего!

— А тому злому, который первый начал дразнить нас, ему что будет? — спросили молодые аисты.

— В пруде лежит один мертвый ребенок, он заспался до смерти; его-то мы и отнесем злому мальчику. Пусть поплачет, увидав, что мы принесли ему мертвого братца. А вот тому доброму мальчику, — надеюсь, вы не забыли его, — который сказал, что грешно дразнить животных, мы принесем зараз и братца и сестричку. Его зовут Петер, будем же и мы в честь его зваться Петерами!

Как сказано, так и было сделано, и вот всех аистов зовут с тех пор Петерами.

Поделитесь с друзьями:

5 марта 2010
Ключевые теги новости:


Запрещено использование выражений в нецензурной и оскорбительной форме. HTML-теги и URL запрещены.

Полужирный Наклонный текст Подчёркнутый текст Зачёркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив Введите проверочный код в форму. Если символов не видно, нажмите на картинку для её обновления